Нас учили, что великий Ленин вернул татарам государственность: создал для них Татарскую республику. Сердце наполнялось чувством благодарности к Ленину - защитнику угнетенных народов. Все было просто и понятно. Настолько понятно, что никто и подумать не мог, что это бесстыдная ложь. Я тоже не думал. Но однажды мой дед сказал мне: "СЫНОК, МЫ НЕ ТАТАРЫ!".

На землях Казанской губернии на момент создания Татарской республики НЕ СУЩЕСТВОВАЛ НАРОД, НАЗЫВАВШИЙ СЕБЯ "ТАТАРСКИМ". Об этом свидетельствует академический труд "История Казани" (Казань,1988г.) : "Сами жители Казани и ее края вплоть до Октябрьской революции не прекращали называть себя булгарами."

Была традиция российских правителей называть все мусульманские народы России "татарами". Однако ни один из этих народов себя "татарами" не называл. Великий русский историк Карамзин Н.М. писал в 19 веке: "Ни один из нынешних народов татарских не именует себя татарами, но каждый называется особенным именем земли своей." ("История государства Российского", СПб,1818,т.3, с.172). Ясно, что это была общая для мусульман кличка времен "тюрьмы народов", как, например, мы помним, название "советский народ" было общим именем всех народов СССР.

Почему же Ленин назвал нашу республику татарской, не имея на то законных оснований?

Прочитав в СМИ  некое обращение партии «Милли Фирка» к правительству России с целью «защитить коренной и другие малочисленные этносы Крыма от непрекращающегося геноцида со стороны националистически настроенных официальных властей Украины", я честно говоря слегка выпал в осадок. Так как историю я немного знаю и помню, что из себя представляет эта крымско-татарская организация. А главное, что из себя «Милли Фирка» представляла в прошлом. Но обо всём по порядку.

 Часть 1. «Красные мусульмане»

Национальная партия крымских татар - а именно так переводится на русский «Милли Фирка» – была основана в 1917 году рядом крымских активистов требовавших автономии Крыма. Однако вскоре в партии  произошёл раскол и из неё выдвинулось так называемое «левое крыло» Мусульманское коммунистическое Бюро. Эти «красно-зелёные» крымчаки быстренько наладили связь с большевиками и занялись диверсиями в тылу белой армии. В свободное от диверсий время боевики «Милли Фирка» терроризировали славянское население Крыма, устраивая ночные набеги и нападения. По настоящему развернуться «красно-зелёным» удалось только после отступления белых из Крыма.

После разгрома Врангеля в 1920 г. ЦК "Милли Фирка" заявил Крымскому Ревкому о признании Советской власти. Советская Россия была признана "первым верным и естественным союзником угнетенного мусульманства". Утверждалось, что мусульмане должны идти к коммунизму собственным путем и предполагалось, что в ведение партии будут переданы татарские религиозные и просветительские дела. Зверства большевиков и примкнувших к ним «красных мусульман» против славян в 1920--1921 годах потрясают воображение.

Давая показания Лозанскому суду писатель Шмелев сообщил, что, по большевистским сведениям, число жертв исчисляется в 56 тысяч. А Шмелев был свидетелем важным. Разыскивая своего пропавшего сына, расстрелянного большевиками в Крыму, он приехал туда в разгар красного террора и пережил голод.

На Швейцарском суде писатель заявил, что в Крыму, по сведениям, которые он тщательным образом собирал, большевики расстреляли или убили другими способами (вешали, зарубали шашками, топили в море, разбивали головы камнями и т. д.) «больше 120 тысяч мужчин, женщин, старцев, детей».В Крыму после эвакуации Врангеля оставалось немало людей мобилизованных или добровольно служивших в тыловых учреждениях и по гражданскому ведомству. Все эти лица не имели никакого отношения к Белому Движению, иногда даже относились к нему враждебно.    

Они-то,  вместе с гражданским населением, и стали равными жертвами большевистского-мусульманского террора. Расстреливали больше всего в Севастополе. Расстреливали людей всех сословий, не только офицеров и солдат, но и врачей, медсестер, инженеров, учителей, профессоров, крестьян, священников, женщин, стариков и даже детей. Расстреляли около шестисот своих же пролетариев - портовых рабочих, за участие в погрузке судов белой армии при эвакуации. И не только расстреливали, но и вешали десятками, сотнями.

НЕИЗВЕСТНАЯ ИСТОРИЯ ОЧЕНЬ ИЗВЕСТНОГО НАРОДА.

Редакционное предисловие: “Как показывает опыт последних десятилетий, легче всего конфликты в такой многонациональной стране, как Россия, разгораются даже не на религиозной, а на национальной почве. С точки зрения противника, провоцировать именно межнациональные конфликты удобнее, потому что в них задействуются как правило локальные территории, чего не удалось бы добиться в случае крупной межрелигиозной розни в которую втянутым оказался бы целый мир. Неважно, что в России такие территории могут по своим размерам превышать страны Европы. Для наших врагов это очень удобно. А начинается раздувание такой розни с неправильной и извращенной информации, которая в нужное время подкидывается в нужное издание. Это и есть один из видов информационной войны. Редакция начинает серю публикаций по истории народов, населяющих регионы, помеченные в предыдущих изданиях журнала, по американским прогнозам, как возможные “горячие точки” - зоны межэтнических конфликтов”.

ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК “ЗАПРЕТИЛИ” НАРОД

Речь пойдёт об одном из крупнейших народов Евразии – булгарах (волжских татарах). От Волги и Камы до Дуная простиралась в VII веке Великая Болгария. После ее падения дунайские болгары потеряли древнеболгарский язык (тюркский) и заговорили на славянском – современном болгарском языке. На Волге и Урале они сохранили язык, но потеряли свое название.

С "шиитской общиной Екатеринбурга" я все отношения разорвал.

Игры с черными - это игры в одни ворота, и всегда в твои.

Так уж получилось, что все навалилось в одну кучу,  и стало настолько очевидно, что вопрос надо уже ставить ребром.

Ну, я и поставил, и вариантов решения у меня нет, кроме одного.

Значит, так и надо.

Но это детали.

Конкретика субъективных обстоятельств места и времени.

По существу могу сказать вот что: со стороны мне сейчас очевидно, насколько правильной и стратегически выверенной была политика русских мусульман, направленная на создание собственной национальной организации, и насколько лживыми и беспонтовыми являются все разводки для лохов в духе "в Исламе нет разделения по нациям".

Все это, конечно, ерунда, потому что сама чернота ни на минуту не забывает об обратном, и для них весь этот религиозный наднационализм - пустой звук.

Рано или поздно, все это становится предельно очевидным.

Ничего, кроме роли тяглового скота для несвоих, они предлагать никому не собираются.

И уж если все это в полной мере проявляется в динамике отношений черноты с татарами, то, надо полагать, что русские мусульмане для них вообще никто и ничто.

Поэтому никаких других вариантов у русских мусульман, кроме создания своих структур, конечно - нет.

Собственно, вот...

Так это или не так - могу ошибаться, конечно.

Но на данном этапе - вижу это так, и только так.

И это - мой сторонний взгляд, ибо что там и как на самом деле - покажет время, а до той поры - более глубоко рассуждать не берусь, ибо  у меня куча своих головняков и, прямо так скажем - по большому счету меня проблемы русских мусульман - не очень беспокоят.

У татар ситуация выстроена в том же ключе, но она все же значительно лучше - и тут нет резона ни открывать Америку, ни изобретать велосипед.

У татар свои структуры выстроены давно, работают вполне эффективно, и все, чего не хватает на данном этапе - это полноценного осознания черной угрозы, и того, что она с собой несет.

К сожалению, татары зачастую слишком лояльны к черноте, чересчур лояльны, и во многом, это, конечно - вызвано опасностями русского национализма, непониманием, возможно, первопричин тех или иных явлений.

Русский национализм - как и любой здоровый национализм - явление нормальное и должное быть.

Агрессивный русский национализм - это реакция на миграцию, на засилье чужих, на их хамское и разнузданное поведение.

Надо отметить, такие вещи хорошо понимаются теми татарами, кто был изгнан зверями из южных республик бывшего СССР, и недостаточно хорошо понимается внутренними автохтонами.

Но всему свое время. Главное - что бы не было поздно.